Иезуит, который ушёл из ордена, женился и сейчас воспитывает четырёх детей



Это история о стремлении к образованию, самосовершенствованию и высшим целям, ради которых приносится в жертву личное счастье, а также о пережитом разочаровании и способности найти силы все изменить. Карлис Фрейбергс почти 12 лет провел за границей, получая там образование, 8 лет связывал свою жизнь с Богом и с братством Ордена иезуитов. И все-таки, не видя возможности служить в Латвии, после долгих раздумий попросил освободить себя и начал совершенно новую, другую жизнь, вернувшись на родину, где нашел работу и создал семью. Почему люди отказываются от монашеского образа жизни и возвращаются к светской жизни?

Германия снимает пелену с глаз

Визитная карточка

Карлис Фрейбергс

Изучал информатику и философию в Германии, духовность в Великобритании, теологию и международный бизнес в Латвии.

В Германии обратился к христианству, стал католиком и восемь лет был иезуитом.

В 2008 году ушел из Ордена иезуитов.

Работает специалистом по информационным технологиям.

Женат, отец четырех детей.

Учиться в школе Карлис начал еще в советское время, посещая Рижскую среднюю школу № 1 (сейчас это гимназия) — лучшую школу Латвии. Однако при первой же возможности уехал в Мюнстер (Германия) учиться в латышской гимназии. Если в Латвии система образования предполагала черпать знания из книг, то в Германии учащимся надо было больше думать и анализировать информацию, на экзаменах не запрещалось использовать книги, потому что из них нельзя было что-то напрямую списать, вспоминает Карлис, рассказывая, что этот метод открыл ему новый мир.

После окончания школы молодой человек начал обучение в высшей школе Мюнхена, осваивая информационные технологии, что было логическим продолжением начатого еще в рижской гимназии и казавшимся перспективным направлением, но уже тогда он задумался о смысле жизни, заинтересовался философией и религией.

"Если бы с самого начала я был бы христианином, то, возможно, моя история была бы совершенно иной. Тогда я стремился в Германию, поскольку меня привлекали новейшие технологии, хотел получить немецкое среднее образование, чтобы продолжить обучение за границей.

Фото: из личного архива

В школе впервые столкнулся с учебным предметом "религия", который не похож на наш предмет о христианской этике. Интересно то, что в Германии религия записана в Конституции как единственный обязательный предмет в школе. В Риге в школе пятерку можно было получить благодаря усердному труду, а не развитому мышлению. В Германии то, что оценивалось на проверочных работах, невозможно было списать. Этот подход привел к тому, что я был готов к изучению информатики в вузе, но, когда пришла пора искать место обучения, я не был уверен, что хочу делать именно это. Меня понемногу начинал интересовать вопрос о смысле жизни, почему я здесь. Быть может, с точки зрения естествознания я знаю, что такое окружающий мир, но это мне не объясняло, почему я здесь, куда мне идти и что мне делать, что делает человека счастливым. Естественно, что есть вещи, которые на короткое время приносят удовольствие, но, когда начинаешь думать, как это будет в дальнейшем, то становится неясно. Благополучие? Деньги? Но это все преходящие вещи. Эти вопросы все время существуют на уровне подсознания. Не знаю, как было бы, если бы я остался в Риге, но в Мюнстере у меня упала пелена с глаз. Три года я все-таки изучал информатику в Германии, поскольку какая-то компания дала мне стипендию". Оказалось, что полученные знания позже пригодились, но обо всем по порядку.

Фото: из личного архива

Карлис вспоминает, что уже в это время намного интереснее книг по математике казалась Библия и литература по философии, но он не был еще верующим и не посещал церковь. "С сокурсниками мы много дискутировали, это было интересное время — в Мюнхене мы отдалились от латышской среды. Именно в это время я стал христианином. До этого казалось, что христианство это последнее, к чему обращусь, поскольку это не настолько прогрессивно, даже старомодно. Меня больше привлекало что-то более далекое, мысли о Востоке. Был момент, когда при условии, что Бог вообще-то есть, надо попробовать, что он в данный момент дает. Вопрос был для меня "горящим", хотел узнать сразу! Хотел знать, могу ли от всего сердца отдаться тому, что умом не могу объяснить. Принять, что в это можно верить, а не считать исторической фальсификацией или фантазией".

После трех лет образования в Мюнхене Карлис вернулся в Латвию и начал обучение на Теологическом факультете. Это было стоящее время, хотя обучение очень отличалось от увиденного в Германии, например, не хватало хорошей библиотеки, приходилось заказывать книги из Германии или покупать в интернете.

Через три года Карлис получил степень бакалавра, как отмечает сам, учась с большим интересом и любознательностью. "В детстве я был крещен как лютеранин, так как моя бабушка была верующей. Вначале у меня возникали примитивные вопросы, например, если церковь проповедует любовь, то почему христианство так разрознено? Поэтому я сделал рациональный шаг назад — ушел назад к католикам, от которых исторически возникли лютеране и другие. Другой причины не было. Стал католиком, начал посещать богослужения, принял участие в молодежном лагере в Лиепае, организованном доминиканцами. Это был для меня сильный вводный курс о христианстве и католической литургии — это привлекло меня эмоционально, я понял, что нахожусь в нужном месте. Учеба в университете мне казалась очень содержательной, и я умом понимал и принимал, что не могу представить себе ничего лучшего, даже если это и не самое лучшее. Христианство ответило на мои вопросы. Я увидел смысл жизни и почувствовал в себе огромный энтузиазм. На одной из лекций Леонс Тайванс, кто преподавал историю церкви, высказался, что католики в академическом развитии отстают от лютеран, за исключением иезуитов, или что-то в этом роде. Это меня "зацепило". Еще во время учебы в Мюнхене я купил себе полную энциклопедию Брокхауза (Brockhaus Enzyklopädie) — целых 25 томов. Пришел домой после лекции и сразу открыл раздел об иезуитах. Описание было длинным, но главным было то, что иезуиты сильны в двух областях — духовной и академической. Академическая область или "интеллектуальный постулат" очень важен, чтобы хорошо дискутировать с современными мыслителями на уровне университета. Вера и критическое мышление — это была лучшая комбинация, что можно было придумать! В результате свою бакалаврскую работу я писал об одном из влиятельнейших католических теологов 20-го века Карле Ранере (Karl Rahner). Меня очень привлекла его главная мотивация, почему стать иезуитом, — глубокое стремление служить церкви".

Карлис начал общаться с иезуитами в Германии, что помогло ему познакомиться с иезуитами из Литвы. "Поехал на послушание в Шяуляй, его руководитель учился в Австрии, поэтому знал немецкий язык, и мы могли поговорить. Был рад, что мог общаться. Они отправили меня в Австрию".


Клятва навек…

После учебы в Латвийском университете Карлис решил присоединиться к Ордену иезуитов, где начал образование. "Ничего лучшего не мог желать. Два года был в послушании в Австрии. Познакомился с орденом, его историей, людьми, одновременно были молитвы, медитации или молитвы с медитацией каждый день", — рассказывает Карлис, вспоминая также фантастические прогулки в горах.

Его направили в Австрию, Инсбрук, где находится один из домов послушников. Это было очень похоже на жизнь в монастыре — все вместе, немного отделены от остального мира. Там вместе с другими молодыми мужчинами — австрийцами, швейцарцами, одним литовцем — он освоил основные законы иезуитов и духовность, предавался молитвам и беседам, работал над своим совершенствованием, отправлялся на прогулки в горы, в путешествия паломников, в том числе без денег на велосипеде в Рим.

"Это был один из так называемых больших экспериментов, чтобы понять свое призвание. Два месяца проработал в Вене в больнице как санитар — надо было работать со старыми людьми. Еще был эксперимент двухмесячной работы в молодежном центре. Самый большой эксперимент был в течение тридцати дней с так называемыми духовными упражнениями, время интенсивных молитв для познания Бога, изучая события из жизни Иисуса и убеждаясь, что действительно хочется ему следовать. На послушании каждый день были и "малые" эксперименты — раз в неделю ходил помогать турецким детям выполнять домашние задания".

Затем он дал клятву иезуита навеки, так как увлекся идеей образования, верой в Бога и стремлением помогать людям всеми силами, на которые способен. Он признает, что тогда в Австрии, в горах, в образе жизни иезуитов и в вере ему нравилось все. "У меня не было сомнений. Первые клятвы после послушания у иезуитов — это клятвы навеки. Это можно сравнить с клятвой в браке, но только односторонней, от себя. Орден со своей стороны не берет на себя обязательства, только намного позже — после каких-то десяти лет, когда даются торжественные клятвы".

При вопросе, как семья отнеслась к выбору его жизненного пути, Карлис рассказывает, что, естественно, волновалась, но в целом поддержала. "Я единственный ребенок. При каждом потрясении родители, конечно, расстраивались, сочувствовали. Пока жил в Риге, находился в очень тесной "связке", а уехав в Мюнстер, стал самостоятельным. Родители привыкли, что я далеко, но переживали по поводу любых перемен. Казалось, что начинаю одно, бросаю это, иду в другом направлении, что ничего хорошего в этом нет. Но быстро закончил очередной вуз. Когда умер отец, мама осталась одна, было трудно. Больше одиночества, она была здесь одна, это нелегко. Но меня ни в чем не упрекнула. Пытался объяснить свое призвание…", — вспоминает Карлис.

По словам Карлиса, находясь на чужбине, он всегда очень тосковал по родине. Фото: DELFI

Большой путь

Затем последовал очередной этап — изучение философии в Мюнхене. Как рассказывает Карлис, хотя и этот этап был очень интересным и насыщенным, его понемногу начало мучить незнание того, к какой работе готовиться в Латвии.

После философии последовали два года практики в Литве, в Шяуляй, где он стал заместителем руководителя дома послушников. Надо пояснить, что Литва и Латвия для ордена Иезуитов что тогда, так и сейчас, является одной из провинций. В настоящее время в Риге также создали дом иезуитов, в котором обитают три иезуита. Но в те времена, более десяти лет тому назад, настоящей связи с Латвией не было.

Карлис изучил литовский язык и называет это одним из наибольших своих достижений. "Считаю, что всем латышам надо выучить литовский язык и наоборот — литовцам латышский. Сначала это кажется трудным, но вскоре все легко и можно уже говорить свободно. Это был огромный вклад в осознание себя как латыша".

Но уже тогда у Карлиса появились первые сомнения о выбранном пути. "У литовцев свои проблемы, свои приоритеты, я почувствовал, что Латвия их особо не интересует, что это дело самих латышей. Ожидал, что будет лучше правление, целевая работа по созданию прихода, планирование будущих работ и человеческих ресурсов, но ничего такого не было. Вступившие в то время в общину латыши все ушли. Быть может, я жил в другом мире, видел, как это планируется в Германии, в Австрии, как там направляют на послушание. Для меня всегда была важна семья, уже в молодости хотел иметь детей, но был готов отказаться от этого во имя высшей цели или призвания. Но, если этого высшего нет, то какой смысл в такой жертве? Меня беспокоило незнание будущего. Мне нравится стратегическое мышление, планирование. А еще у меня была большая эмоциональная привязанность к Латвии. Но я не видел четкой возможности работать в Латвии без общины".

Был момент, когда при условии, что Бог вообще-то есть, надо попробовать, что он в данный момент дает. Карлис Фрейбергс


В формировании иезуитских взглядов на пути Карлиса последовал следующий этап — подготовка к вступлению в орден, что стало еще одним видом образования. Он отправился в Лондон изучать духовность (spirituality). Но беспокойство о незнании будущего не покидало его, он чувствовал себя подавленным, порой даже депрессивным.

Восемь лет проведя с иезуитами, Карлис принял решение, что 34 года — это последний момент, чтобы что-то изменить в своей жизни и решил покинуть иезуитов еще до вступления в орден.

После учебы в Лондоне вернулся в Литву и подал письменное прошение об освобождении его от данной ранее клятвы. "Это не было трудно — письмо в Рим (где находилась главная резиденция иезуитов — прим. авт.) и все. Мне выдали совсем немного денег, которых не хватило, чтобы начать новую жизнь, но я мог уйти," — вспоминает Карлис. И вот свободный, но почти без средств к существованию он отправился в Латвию.

Надо добавить, что это не такой уж редкий случай — приблизительно 50 процентов послушников "отсеивается" от тех, кто хочет вступить в орден, а на всю жизнь этот путь выбирает только четверть тех, кто начал послушание.

Карлис вернулся в Латвию как раз в эпоху кризиса и, чтобы заработать на пропитание, воспользовался IT-знаниями, полученными ранее, и стал создавать домашние страницы. "Между прочим, это смешно, но в одной фирме, когда я искал работу, мне сказали, чтобы я в CV не писал о иезуитах. Это не производит хорошего впечатления. Но почему? Этот мой опыт является большой ценностью, но если из-за этого меня не хотят, то и не надо", — объяснял Карлис свою принципиальную позицию. И вписал в CV все, как было. Для совершенствования он еще получил диплом по программе МВА.

Счастье в большой семье

Уже ранее Карлис регулярно принимал участие в молодежных христианских лагерях, пешком ходил с паломниками в Аглону и т.п. Во время этих мероприятий появилось много друзей, с которыми встречался позже, приезжая в Латвию из заграницы. Но данная на послушании клятва обязывала соблюдать целибат.

Фото: DELFI

Вернувшись в Латвию после ухода от иезуитов, Карлис встретил девушку, которую знал по общим мероприятиям, но до сих пор они были только друзьями. Общие интересы и жизнь свела их вместе, когда Карлис с другом из Кореи ездил по Латвии. Шаг за шагом они сблизились и уже в 2010 году сыграли свадьбу.

Наконец мечта Карлиса о семье исполнилась — в ней уже растут три сына, а в ноябре 2018 года к ним присоединилась и сестричка.

Большую часть жизни Карлиса занимает семья, для чтения книг, философии или самосовершенствования пока времени не хватает, но позже он обязательно к этому вернется. Сейчас он работает системным аналитиком. "Если бы у меня было больше времени, охотно пополнил бы Википедию, это мне кажется интересным. На работе много дискутируем с юристами о терминологии, может показаться, что это неважно, но, если вещи названы правильными словами, то это облегчает позже работу".

Размышляя о церкви в Латвии и сравнивая ее деятельность на Западе, Карлис видит много недостатков. Время, когда церковь могла поучать, прошло, надо показывать пример в труде, чтобы сохранить веру. Следуя быстрым изменениям в обществе, иезуиты уже и раньше приспосабливались и по-новому формулировали принципы своей деятельности — служить вере значит способствовать справедливости, вести диалог с другими культурами, религиями. Например, отвечая на глобальную проблему миграции, иезуиты уже в семидесятые годы прошлого столетия считали заботу о мигрантах одним из своих приоритетов. В последние десять лет добавилась экология, справедливое использование природных ресурсов. Со стороны церкви в Латвии ни об одной из этих проблем не слышно — слышим только о прайдах, Стамбульской конвенции, о как будто недостаточной духовности в людях. Карлис жалеет, что ему не удалось претворить мечту о служении церкви в Латвии.

На вопрос, ввел ли он что-то из принципов иезуитов в своей семье, Карлис рассказывает о полученном опыте, который приобрел на послушании — без осуждения или оценивания оглянуться на ушедшие события, на предыдущий день, медитировать, понять, что есть что и какова Божья воля. Стараюсь это прививать и детям: каждый день оглянуться и вспомнить, что произошло.




Авторы проекта "Монастырь": содержание – Андра Бриекмане, Александра Новак, дизайн – Илзе Вановска, разработка – Карина Сабецка, фото – Карлис Дамбранс, Мартиньш Пурвиньш.
DELFI использует cookie-файлы. Если вы продолжаете использовать этот сайт, вы даете DELFI разрешение на сбор и хранение cookie-файлов на вашем устройстве.