Turgid.lv
Проект создан при поддержке Рижской думы
lv
Turgid.lv Проект создан при
поддержке Рижской думы

Гризинькалнс, так же, как Саркандаугава и Чиекуркалнс – рабочий район, однако он расположен гораздо ближе к центру Риги, что внесло коррективы в его застройку. И хотя сеть улиц стала разрастаться по округе только около 1870 года, новые кварталы застраивались очень стремительно и намного плотнее, чем другие периферийные районы. В наши дни многие дома позволяют читать историю Гризинькалнса и Риги за последние 150 лет, как книгу. С помощью удивительного историка Владимира Эйхенбаума и выходивших около ста лет назад газет мы попробуем раскрыть многие тайны, таящиеся в окнах и брусчатке Гризинькалнса.

Истории Риги: Гризинькалнс

На том месте, которое в наши дни мы знаем как Гризинькалнс, долгие годы были бесплодные дюны, называемые в народе Песчаными горами. Это место столетиями обходили стороной крестьяне, но в XIX веке его признала пригодным для своих нужд Русской императорской армии. Принимая во внимание стратегическое и экономическое значение столицы губернии, Рига также была и военным городом, и здесь, за его границами, был обустроен артиллерийский лагерь, значение которого особенно возросло после сноса городских валов в 50-х годах XIX века. Вместе со стремительным расширением Риги уже спустя несколько десятков лет армейский лагерь перенесли в Пардаугаву, на место нынешней больницы Страдыня. Там еще и по наши дни сохранились аллеи, а также улицы Нометню (Лагерная) и Маза Нометню (Малая Лагерная), хотя в XIX веке армейский лагерь снова перебрался – на этот раз в Икшкиле и Стопини (Саласпилс).

Военное наследие на каждом шагу

«Здесь все связано с армией, потому что летом сюда съезжались военнослужащие со всей России, главным образом из Западного округа, и разбивали тут лагеря – делили участки земли на отдельные районы – для унтер-офицеров, солдат, саперов, артиллеристов, зимой же вся инфраструктура сохранялась. От этого и появились названия улиц, которые мы можем найти и сейчас, например, ул. Лиелгабалу (Пушечная), ул. Артилерияс, ул. Сапиеру, ул. Лабораторияс – названная по месту расположения пиротехнических лабораторий. Сейчас от того времени в районе ул. Майзницас сохранились только несколько складов для хранения зерна при огромных хлебопекарнях, потому что хлеб там пекли для тысячей солдат. Правда, это относится не к Гризинькалнсу, а к военным лагерям», - рассказывает Эйхенбаум.

5-й Цесисский Пехотный Полк возле казарм в Гризинькалнсе (между нынешними улицами Кр. Барона и А. Чака, где сейчас располагается Центральный спортивный квартал) перед парадом на Эспланаде. 1 мая 1934 года.
Ворота казарм 5-ого Цесисского Пехотного Полка в Гризинькалнсе, украшенные в честь 16-й годовщины провозглашения независимости Латвийской Республики. 1934 год. Фото: LNA LVKFFDA
Улица Артилерияс. Фото:Zudusī Latvija

Историк объясняет, что этот район изначально развивался как военный городок. Многие военнослужащие русской императорской армии, приезжавшие в Ригу, после пятилетней службы могли остаться на сверхсрочной службе и здесь поселиться: «Им просто некуда было идти, потому что они теряли связь со своей Россией, своими деревнями, потому что они уже являлись свободными людьми, даже если раньше и были крепостными. Они оставались здесь жить, потому что здесь была работа – становились ассенизаторами, возницами или занимались какой-то другой подсобной работой».

«Так постепенно те, кто оставались здесь, начинали строить дома, роднились с местными жительницами, с домовладелицами, ведь военнослужащие хорошо выглядели», - рассказывает историк.  И хотя армия отсюда съехала, новый жилой район между улицами Матиса и Пернавас, а также кварталы между улицами Кришьяниса Барона и Августа Деглава еще продолжительное время продолжали называть Лагерем. Также сохранилось много и других свидетельств – вплоть до 1885 года ул. Матиса называлась ул. Нометню (Лагерной), а в новом спортивном квартале, на том месте, где раньше располагался Дворец спорта, еще в период между войнами находились казармы. В свою очередь в этом году между улицами Барона и Чака планируют снести бывший корпус пиротехнической лаборатории, отмечает Эйхенбаум.

Церковь Святого Павла. Фото: Zudusī Latvija.

По его словам, после того, как в 1889 году было завершено строительство церкви Святого Павла, окрестности какое-то время называли районом церкви Павла. Однако это название не прижилось, поскольку на рубеже столетий было принято решение построить в старых песчаных дюнах парк отдыха с рестораном, сценой и тропинками для прогулок.  С открытием парка Гризинькалнс район получил и свое новое название. Его не удалось изменить даже социал-демократам в период первой Латвийской республики, которые переименовали Гризинькалнс в Парк 1905 года.  Это название не прижилось также и в длительный советский период. 

Улица Артилерияс. Фото: DELFI.

Только несколько роскошных деревянных домов

В поисках работы в Ригу из деревень перебиралось все больше народа, и в Гризинькалнсе также стали появляться новые дома. Первые жители района - уволенные из армии русские военнослужащие - как жили в деревянных домах с низкими потолками и маленькими окошками, так и продолжали жить, рассказывает Эйхенбаум, поясняя, что преимущественно они были или староверами или традиционно православными, которые придерживались патриархата.

«Для рабочих тут в большом количестве построили стандартные проекты, они были типовыми, выбирались образцы, по которым потом и возводили дома. По этой причине деревянная застройка здесь больше не развивалась, поскольку строительство благородных деревянных особняков процветало в Пардаугаве, часть таких домов появилась также на улицах Бривибас и Элизабетес. В Пардаугаве прижился швейцарский стиль, появился классицизм – очень красивые дома, но в этом районе таких не строили, рассказывает руководитель «Koka Rīga». Он указал, что расположенные тут здания не особо отличаются друг от друга.

Гризинькалнские деревянные дома. Фото: DELFI.

Единственное исключение - это отдельные дома, которые принадлежали латышским мастерам – каменщикам. То факт, что их здесь было много, подтверждается и названием улицы Мурниеку. «Быть каменщиком еще не означало, что они с мастерком делали кладку. Они уже были предпринимателями, строившими многоэтажные дома и отдавали поручения другим каменщикам, подмастерьям и так далее», - объясняет Эйхенбаум.

В Гризинькалнсе и по сей день можно осмотреть много особняков, построенных для своих нужд мастерами-каменщиками. Один из самых заметных это особняк на ул. Яня Асара, 2а, принадлежавший мастеру-каменщику Петерису Радзиньшу или Радзингу. «На его фасаде прослеживается швейцарский стиль – очень богатый, очень хорошо ухоженный, со всеми досками и резными украшениями», - рассказывает директор центра «Koka Rīga».Будучи одним из самых успешных предпринимателей в сфере строительства, бригады которого строили здание Банка Латвии, Новую церковь Гертруды, пожарное депо на ул. Ханзас, он был еще и одним из основателей корпорации «Talavija», передавшим ей принадлежащий ему дом на ул. Лачплеша, 30, что лишний раз подтверждает его богатство. Ему принадлежали и другие дома. 

Особняк Радзиньша на ул. Я. Асара, 2а. Фото: DELFI.

Свой особняк в Гризинькалнсе построил и Кришьянис Кергалвис, построивший также Художественную академию, Национальный театр, Рижскую 1-ю больницу и Центральную тюрьму. Строили себе здесь дома и другие мастера-каменщики. Их выбор в пользу этого района в большей мере обуславливался еще и не столь частой в ту пору застройкой. Обычно рядом с особняками или вблизи них располагались и площадки со стройматериалами, которые были востребованы и популярны, поскольку строительным материалам из дерева до того, как их пускали на строительство, нужно было отстояться пять лет.  В те времена Рига была переполнена площадками со строительными материалами – в тех местах не строили доходные дома, поскольку хранение стройматериалов приносило гораздо большую прибыль, чем доходные или торговые дома, объясняет Эйхенбаум.

Социальные проекты и социальные эксперименты

Изначально власти Риги собирались построить вокруг улицы Матиса социальные дома, например, приюты, общественную баню и детские сады, создав что-то вроде социального городка. Планы изменились, и в 1896 году город решил распродать принадлежащие ему участки земли. 

Реклама «Рижского завода свинцовых и цинковых красок»

Однако часть от намеченных планов все-таки была реализована, например, был построен детский садик на ул. Валмиерас, 24, поскольку в округе стала развиваться промышленность, и появилась необходимость где-то размещать в дневное время детей рабочих. «Сравнительно недалеко от ул. Валмиерас находился Русско-Балтийский вагонный завод «Russo-Balt», где производили автомобили, вагоны, локомотивы, а также работали около 12 000 человек. Также на перекрестке улиц Барона и Пернавас располагался «Завод свинцово-цинковых красок», машиностроительное производство «Felzers un Ko», и многие другие предприятия. Но течением времени многие из них изменили свой профиль. Например, в корпусах завода «Russo-Balt» теперь размещается «Рижский молочный комбинат». Поскольку во время Первой Мировой войны оборудование вывезли, многие фабрики прекратили работать по своему первоначальному профилю», -  рассказывает об истории промышленности этих окрестностей Эйхенбаум. 

В конце XIX века большие предприятия, расположенные в Гризинькалнсе, дали импульс к строительству домов для нужд рабочего класса, поэтому здесь стали в большом количестве строить так называемые рабочие казармы. На каждом этаже казарм был построен длинный коридор или галерея, из которого можно было попасть в маленькие однокомнатные квартирки с кухней в прихожей.  Эти здания перестраивали, однако таких нетронутых домов в окрестностях Гризинькалнса все еще достаточно. Самое полное представление о том, как это выглядели рабочие казармы, можно получить, осмотрев дом на углу улиц Красотаю и Лиенес, построенный Йоханом Кратиньшем или Крастингом и сейчас находящийся под патронажем центра «Koka Rīga». Поскольку застройка началась здесь только в 1870 году, этот построенный в 1876 году дом является старейшим на улице и одним из самых старых во всем районе. Однако обычно угловые дома были более красивыми, отмечает историк.

Типичная застройка Гризинькалнса – деревянные дома с квартирами для рабочих и мастерскими для подмастерий и помощников. Фото: DELFI.

По его словам, с ходом времени большинство зданий утратили свой лоск, и оригинальные фасады хорошо сохранились лишь у 5% домов. Тот факт, что в домах не было удобств и электричества, а во многих до сих пор сохранилось печное отопление, приводил к тому, что в них сравнительно часто возникали пожары. Теснота и неудобства присутствовали также и в окрестных дворах – почти в каждом из них располагались тележные сараи, конюшни на несколько лошадей, сараи, туалеты и хлев со свиньями, гусями и курами. «Во многих дворах располагались мастерские. Их было там очень много, например, на каждой улице находились по пять-шесть столярных мастерских – там работали мебельщики, плотники, бондари», - поясняет Эйхенбаум.  Подмастерья, помощники, ученики и обычные рабочие проживали в таких квартирках. Кроме того, проживали они там со всеми своими далеко не маленькими семьями, и один двор своим домом могли называть по несколько сотен человек. 

Знаток истории Риги рассказывает, что дома подобного типа называли казармами, поскольку жители менялись здесь довольно часто. «Здесь была высокая миграция из волостей, когда была работа, и миграция обратно, когда работы не было, поскольку рабочие долгое время были зарегистрированы как получатели социальных услуг в волостях. Это изменилось лишь в 1911 году, когда создали профсоюзы, больничные кассы и другие организации по защите рабочих, и стали заключать первые договорные отношения между работодателем и рабочими.

«Чиекуркальнкие мальчишки
вели непримиримые войны с
мальчишками из Гризинькалнса. Теперь
драчуны былых лет уже выросли и, как сон, вспоминают
те времена, когда субботними вечерами они мерились силами
на болоте между Чиекуркалнсом и Гризинькалнсом. Нынешняя молодежь
и дети, которых в этом районе больше, чем в других, свое свободное время
использовало, занимаясь спортом и играми» , - писала в декабре 1939 года о буднях детей с рабочих окраин газета «Darba Dzīve».

«После протестов рабочих в 1905 году и опубликованного царем Высочайшего Манифеста в Риге начались перемены, которые стремительно помогли разбогатеть многим латышским предпринимателям. Если посмотреть на период с 1906 по 1914 годы, то модно отметить, что по всей Риге построили тысячи домов. В Гризинькалнсе тоже стали строить много каменных домов, преимущественно в примитивном направлении стиля Art Deco – в царское время здесь доминировал стиль национального романтизма, поскольку владельцами преимущественно были латыши», - рассказывает Эйхенбаум.

Ревельская улица (ныне ул. Таллинас) 13 декабря 1929 года. Фото: LNA LVKFFDA / Николай Херцберг.

«Среди домовладельцев русских здесь было мало, и немцев тоже было очень мало, евреи здесь тоже совсем не хотели строить, исключая только врачей и богатых евреев – купцов 1-й и 2-й гильдий – но таких было тут всего пять-шесть. Здесь также было пару эстонцев, литовец, которых в ту пору считали поляками. Первая Мировая война притормозила строительство, и эти многоквартирные дома здесь все еще стоят, как столбы, потому что рядом с ними так и не успели построить остальные», - рассказывает историк. Он также отметил, что после войны строительство возобновилось, и в Гризинькалнсе можно найти дома, построенные в 20-х - 30-х годах.

Продолжая копировать исторический вымысел

Несмотря на то, что Гризинькалнс – это рабочий район, а парк в Гризинькалнсе уже в период между войнами несколько десятилетий называли Парком 1905 года, в 70-ые годы там даже установили один из крупнейших и известнейших памятников в Риге, но икакой революционной активности в этом месте никогда не было, рассказывает Владимир Эйхенбаум.

Фото, на котором запечатлен митинг в Гризинькалнсе в октябре 1905 года. Возможно, фальсификация. Фото: LNA LVKFFDA / Aвтор неизвестен.

Шествие в Гризинькалнс 1 мая 1932 года. Фото: LNA LVKFFDA/ Волдемар Шмидбергс.
Митинг в Гризинькалнсе 1 мая 1932 года. Фото: LNA LVKFFDA/ Волдемар Шмидбергс.

"Забавно, что название там так и привязалось. На этом в 1929 году настояли социал-демократы. Обычно есть аргументация, на каком основании были приняты решения руководством Риги, но мне, к сожалению, ничего такого так и не удалось найти», - рассказывает историк. Несмотря на это, и по сей день в сознании людей и прессе поддерживается легенда о том, что в октябре 1905 года здесь на массовую демонстрацию собрались около 50 000 человек, по другим источникам – до 100 000 – 150 000 рабочих. Однако историк уверен, что это всего лишь легенды. О крупнейшем массовом собрании не сообщила ни одна газета, а свидетели «вспомнили» о демонстрации только спустя много лет. 

В те времена в прессе писали совсем другое – 1 мая 1905 года большой митинг протеста намечался в Верманском саду, а 20 октября там должна была пройти демонстрация, в которой собирались принять участие 50 000 человек. Но она состоялась на другом конце Риги – на Старой Лагерной площади в Пардаугаве, приблизительно между прудом Марас и комплексом больницы Страдыня. Сообщалось также о небольшом митинге на крупнейшей площади Гризинькалнса – на рыночной площади, что напротив церкви Святого Павла. Огороженный забором Гризинькалнс, где открыли театр «Apollo» и были проложены тропинки, совсем не подходил для проведения таких массовых собраний.

«Rīgas Avīze» от 21 октября 1905 года.   

«С того момента, как в Ригу по телеграфу пришел Высочайший Манифест, в городе стали устраивать массовые митинги,  которые проходили день за днем. Они проводились на открытых площадях (на старом плацу Легера с одной стороны Даугавы и у церкви Павла в Гризинькалнсе) или в закрытых помещениях. В последних случаях подразумевались залы обществ и театры. Эти помещения произвольно захватывались людскими толпами, сделать это было легко, поэтому, когда военные полки были отозваны с улиц, полиция ничего не могла сделать против толпы в несколько тысяч человек. Самый большой из этих митингов прошел в среду, 19 октября, на малом лагерном плацу (от 30 000  до 50 000 человек). Характер всех митингов был примерно одинаков.  Людей призывали продолжить дальнейшую борьбу против правительства и участвовать в социал-демократическом движении (…)» 

Аресты участников Первомайского митинга в Гризинькалнсе в 1933 году. Фото: LNA LVKFFDA / Автор неизвестен.

Миф продолжает жить, и его отголоски можно найти даже на ресурсе Рижского агентства памятников. «110 лет назад, 20 октября 1905 года, в дни всероссийской забастовки в Риге, в Гризинькалнсе на митинг собрались 80 000 – 100 000 человек (…) Митинги в Гризинькалнсе продолжались до 22 октября. Современник, социал-демократ Феликс Циеленс вспоминает, что одновременно речи произносили примерно с 30 трибун», - еще три года назад сообщала на своих страницах «Latvijas Avīze».

Дом для слежки за другими жителями

Жилой дом на ул. Яня Асара, 15. Фото: Zudusī Latvija 

Большие участки земли в Гризинькалнсе принадлежали городу, и в период между войнами социал-демократы, длительное время находившиеся у власти, разработали план по борьбе с квартирным кризисом, в рамках которого в середине 20-х годов начали строить комплексы блочных домов, чтобы в первую очередь обеспечить жильем городских чиновников. «Первые дома стали строить в районе улицы Аусекля, на ул. Самарина теперь на ул. Ломоносова, также целые комплексы на ул. Ропажу и ул. Лиепаяс, где расположены двухэтажные дома по восемь квартир в каждом. Это была Рижская городская программа по ликвидации жилищного кризиса», - рассказывает Эйхенбаум. 

Блочный дом на ул. Яня Асара, 15: в 1934 году и в наши дни. Фото: LNA LVKFFDA.

Строительство внушительного проекта блочных домов было предусмотрено и в Гризинькалнсе. В 1927 году был заложен камень в основание комплекса, который предполагалось строить от ул. Яня Асара до ул. Августа Деглава, включая территорию нынешнего стадиона «Даугава». «Там предусматривалось возвести множество огромных корпусов, потому что блочный дом, который мы знаем, это всего лишь один небольшой фрагмент, одна, может быть, даже не пятая, а десятая часть того громадного комплекса с зоной отдыха, помещениями для презентаций, клубами, игровыми площадками, небольшими стадионами, теннисными кортами», - объясняет историк. Дальнейшее развитие района прекратилось после того, как социал-демократы потеряли власть в Риге. 

Фото: DELFI. К строительству спроектированного Освальдом Тилманисом четырехэтажного дома был приглашен скульптор Рихардс Маурс. «В саду блочного дома была установлена интересная и преподнесенная в дар скульптура «Бегемот», - писал в 1938 году журнал «Architektūra».

На ул. Аусекля, в тихом центре, построили блочный дом с двухкомнатными-пятикомнатными квартирами, которые распределялись между чиновниками в зависимости от их должности: чем выше должность, тем больше была квартира. В свою очередь в блочном доме, расположенном в Гризинькалнсе, доминировали малогабаритные однокомнатные и двухкомнатные (в свое время называемые полуторками) квартирки. Во дворах всех домов подобного типа всегда были скульптуры, бассейны и зеленые зоны.

Жилой дом на ул. Яня Асара, 15. Фото: DELFI.

Однако у домов подобного вида была и другая функция. «Так же, как и в Австрии, бывшей Австро-Венгерской империи, а также в социал-демократической, а позже и в гитлеровской Германии этот стиль предусматривал слежку друг за другом, потому что у дома был общий двор, общее место встреч», - указал глава центра «Koka Rīga». По его словам, как в и Германии, была даже создана иерархическая система слежки – в каждом доме был старший по дому, за квартал отвечал –старший по блоку, далее за улицу – старший по улице. Все это позволяло централизованно обрабатывать информацию о лояльности каждого жителя режиму. 

Накануне переворота, устроенного Карлисом Ульманисом, в Латвии и особенно в Риге популярность набирала Латвийская социал-демократическая рабочая партия, в рамках которой лидер Бруно Калниньш создал полувоенную спортивную организацию «Strādnieku Sports un Sargs» (SSS), члены которой назывались в народе «siseņi». Для нужд SSS был построен стадион, ставший предтечей нынешнего стадиона «Даугава». Официально стадион был открыт в 1933 году, в это время члены SSS уже носили униформу. «если бы не переворот Ульманиса, был бы переворот Калниньша», - указал Эйхенбаум.

Похожую систему хотели ввести и другие режимы, включая социал-демократов или национал-социалистов. «Этот дом строился с мыслью, что все будут следить друг за другом – встречаясь во дворе, собирая детей, брызгаясь в фонтане или бассейне, или где-то еще, и наблюдая друг за другом, узнавая о помыслах», - поясняет Эйхенбаум.  Первыми заключенными в концлагерях Германии, когда к власти пришли нацисты, стали не евреи, а священники и социал-демократы. Также и после государственного переворота Карлиса Ульманиса первыми заключенными в Лиепае или на работах в Калнциемсе были «перконкрустовцы» и социал-демократы. 

Выступление гимнастов на Празднике спорта. Рижский городской стадион (сейчас – стадион «Даугава»), 23 сентября 1934 года. Фото: LNA LVKFFDA / Автор неизвестен.

Район засыпает, чтобы проснуться

В советское время здесь все словно остановилось, поскольку квартир было достаточно – построенные в латвийское время квартиры оказались очень хорошими, по словам историка, они еще и сегодня очень качественные. Только в 1962 году было получено распоряжение Совета министров о сносе в Гризинькалнсе деревянных домов.

Дети катаются на санках в парке 1905 года (ныне – Гризинькалнс). 30 декабря 1967 года. Фото: LNA LVKFFDA / В. Прикулис.

«Снос частично начался с улиц Лабораторияс, Звайгжню, Варну. В этом районе очень красивые аллеи, все улицы выходят на Гризинькалнс, предусматривалось, что там будут жить чиновники Кабинета министров, министерств и культурных учреждений. Дали квартиру и паре шоферов, чтобы там были не только чиновники. Хотели устроить такой городок советской номенклатуры. Старые дома стали сносить и строить новые уже в 70-е годы, а построенные в 80-х годах модно опознать по красным кирпичам.

В ходе процесса строительства ликвидировали прежнюю систему земельных участков, и еще сейчас между советскими зданиями кое-где сохранились старые дома. Эйхенбаум рассказывает, что во второй половине 80-х годов в строительстве сделали паузу, чтобы продолжить в 90-е годы, и только сейчас Гризинькалнс вновь стал развиваться, но уже совсем в другом направлении. Сейчас там реновируют старые дома, построенные в царское и в латвийское время, создают современные квартиры. Одновременно сохранены и деревянные дома. Правда, несколько уже снесли, как это можно видеть на улицах Асара, Красотаю, Лиенес. В сторону реновации развиваются Зиедоньдарзс, парк Гризинькалнс и некоторые улицы, например, Спаргелю и Красотаю, Лиенес. Здесь на некоторых улицах установлены даже старомодные фонари, а улица Мурниеку считается исторической. За этим следят и домовладельцы, которые реставрируют или строят здесь новые дома. 

ЭКСПЕРТ ПРОЕКТА

Владимир Эйхенбаум

Историк и руководитель центра реновации деревянных домов «Koka Rīga»

АВТОР ТЕКСТА

Андрис Карклувалкс

Журналист DELFI

АВТОР ВИДЕО

Карлис Дамбранс

Фоторедактор DELFI